Пока не забыл.

Летим с женой из Венеции домой через Рим.
Бабушка летит с нами в самолете из Рима. Разговорились.  80 лет. Родилась в Риме, ее муж родился в Венеции в еврейском гетто. Муж потом долго служил в  חיל הים (военный флот), для высшего в Венеции вполне естественно.  В сорок втором году ее отца отправили в Аушвиц, его сестер тоже. Никто не вернулся.   А ее мать работала в больнице и каким-то образом ее и всех детей спрятали врачи этой больницы и передали в монастырь. А потом монахини перевезли их в Израиле. Достали им паспорта на нееврейские имена, привезли в Тель-авив. В Тель-авиве они уже попали в какие-то еврейские заведения. Среди монахинь этих две еще живы, одной 92 года, другой 98. Та которой 92, получается во время этой истории ей было 17.

Калибрация Коби

Йеhошуа уже закончил кадиш говорить, пора писать, иначе вообще не запишу.
Я Йеhошуа давно знаю, и по работе, и в одной синагоге долго были. Сейчас-то он уже на пенсии.
Лет 15 назад говорит мне начальница: возьми, говорит, себе студента в помощь. Ну получил я CV какого-то студента, вроде хороший, позвал на интервью. Приводит его на интервью Йеhошуа - фамилия-то одинаковая, а я не обратил внимания, не такая она уж и редкая. Проинтервьюировал - очень мне Коби понравился. А начальница говорит: ты отца его знаешь?
- Как не знать, - говорю. И в проекте одном с ним работал как-то и в синагоге на соседней скамейке сижу.
- Не бери - говорит.
( дальше )